(р. 01.11.1929, г. Сызрань Куйбышевской обл.), инж. ОТ МУП «ЖСКХ», лауреат Гос. премии СССР (1977), почётный гражданин г. Заречного (1998), ветеран труда. В 1952 окончил Ивановский энергетический ин-т им. В.И. Ленина по специальности «теплоэнергетические установки», в 1976 - заочно Моск. ин-т стандартизации и метрологии, в 1984 - Академию нар. хоз-ва при Совмине СССР. Активный участник создания ядерного оружия в СССР. С 1952 по 1963 - инж., ст. инж., рук. группы, нач. отдела внешних испытаний ЯБП п/я 975 МСМ, п/я 51 МСМ (Москва-центр-300, Арзамас-75). Лично ликвидировал опасность несанкционированного взрыва ЯЗ при первых подземных испытаниях на Семипалатинском полигоне (1962). С 1963 работает в П.-19. До 1977 - первый зам. гл. конструктора ППЗ. Участвовал в разработке модернизированной боевой части крылатой ракеты КСР-5 (1975). Первый директор - гл. конструктор филиала ВНИИФП (СКТБ, НИКИРЭТ) с 1977 по 1992. Руководил созданием и развитием ин-та, внедрением новых разработок тех. средств охраны по заказу спецслужб. По его инициативе в состав НИКИРЭТ включен испытательный полигон на автономно расположенной площади в 25 га, разработан проект, обосновано и получено финансирование на сооружение лабораторного корпуса 17А НИКИРЭТ. С 1994 - инж. по охране труда МУП «ЖСКХ». Неоднократно избирался членом парткома ППЗ, НИКИРЭТ, ГК КПСС, депутатом горсовета П.-19 (1977-1992). Отмечен знаком «Ветеран атомной энергетики и пром-сти». Награждён орденами Ленина (1962), Трудового Кр. Знам. (1976), Октябрьской Революции (1981), 3 медалями 

Из книги: Татьяны Сальцовой «Этот город мне родной». Из серии «Я люблю тебя, Заречный!» (Редактор-составитель  Т. Сальцова.- Заречный, 2000.- 24 с. ил.)

"Пять моих жизней"

Слушать его - одно удовольствие. Точные детали, тонкий юмор, образная речь - просто изумительный рассказчик. Жизнь его настолько богата событиями, так переплетена с историей страны, что о ней нужно отдельную книгу писать. "А у меня даже название к этой книге есть, - шутит Л.Н. Дмитриевский, единственный в городе участник ядерных испытаний в естественных условиях, - "Пять моих жизней". Правда, сейчас уже шестая идет "Жизнь шлака..." И начинает рассказывать: ну точь-в-точь книгу листает.

Детство

Сызрань. Провинциальный городок. 1937 год. Друг отца объявлен врагом народа и посему отец с матерью не могут найти работу. В доме было продано все, что можно, чтобы не умереть с голоду. 1941 год. Одиннадцатилетний пацан с плачущей матерью провожают отца на фронт. 1945 год. Победа. Ликующие и плачущие, обнимающиеся и целующиеся чужие люди на улицах. 1946 год - вернулся с фронта отец, полуживой, с язвой желудка.

Юность

Сначала был незаконченный машиностроительный техникум и экскурсия на электростанцию. Чем поразила юного провинциала электростанция - неизвестно, но поступать он решил в Московский энергетический институт.

Москва

По вечерам: на плечи пальто, перешитое из отцовской шинели, на глаза - кепку, в карман - пачку "Беломора" .... и вперед по улицам столицы, куда глаза глядят в полнейшей эйфории. И только Ленинград вытеснил потом из его сердца любовь к столице. ("Он до сих пор для меня - сказка"). Из МЭИ перешел в Ивановский энергетический институт. И вот распределение. Все однокурсники разъехались по городам и весям. И лишь десять бродили, как неприкаянные. Наконец, и их вызвали, объявление звучало интригующе: "Направляетесь в Среднее Поволжъе. Какое предприятие - знать необязательно, на месте узнаете". И выдали такие большие подъемные, что у ребят от удивления пропало желание задавать вопросы. Дальше было, как в детективе: встреча в Москве на вокзале с людьми в штатском, путешествие в купейном вагоне с многочисленными его перецеплениями к разным составам. И вот она - третья жизнь.

Арзамас-16

19 сентября 1952 года Лев Николаевич с товарищами прибыл в Саров, или в Арзамас-16, или п/я 975 "Москва- центр-300". Они были в числе первопроходцев советского атомного проекта. Здесь созданы первая атомная бомба, первая советская водородная бомба, термоядерные бомбы.

Первые впечатления о городе. Высокая колокольня в красивом монастырском комплексе. На ней огромный в десять метров портрет Сталина. Расхристанный мужик, подняв кулаки к портрету, отчаянно кричит: "Выпустите меня отсюда!".

По утрам под балконами дома, где жили молодые ученые и инженеры, раздавался странный шорох. Это ползла человеческая толпа: сотни людей по пятнадцать в ряд широкой змеей двигались в сторону строительства. Одинаковая серая одежда, серые шапки и лица в сером сумраке рассвета. Строители промплощадки и города. Десятки тысяч заключенных со сроками от 10 до 15 лет.

Для Льва Дмитриевского Арзамас стал школой жизни и науки. Здесь были собраны лучшие умы: академик Ю.Б. Харитон (ученик Резерфорда), Я.Б. Зельдович, И.Е. Тамм, отец водородной бомбы А.Д. Сахаров, гениальные конструкторы Е.А. Негин, С.Г. Кочарянц. Всех их отличала величайшая ответственность за свое дело, безусловная грамотность в решении задач, самоотверженность, умение мыслить и говорить четко, ясно, кратко... И человеческая простота.

Лев Дмитриевский начинал работу инженером, а вскоре уже был начальником отдела внешних испытаний, где проработал восемь лет. На полигоне - взрывы бомб, что "ярче тысячи солнц". Лейкемия. Полгода в больнице. Выкарабкался.

1962 год. Должен состояться первый подземный ядерный взрыв в базальтовых горах. Нештатная ситуация и Дмитриевского посылают к месту взрыва - срочно остановить его. 5-7 минут до исполнения. Домчался на бешеной скорости и вырубил питание. Успел!

Через четыре часа взрыв все же состоялся. Базальтовая гора подскочила и вновь осела на свое место. Взрывная волна трижды обошла земной шар. Испытатели стояли на земле, как будто на дрыгве - болотной жиже, покрытой слоем дерна. Только тогда он осознал,  какой опасности подвергался четыре часа назад.

Орден Ленина - память о том событии.

Пенза-19

В апреле 1963 года уехал в Пензу-19 начальником эксплуатационного отдела. Первое изделие здесь - головная часть ракеты, стартующей с подводной лодки в состоянии ее погружения, т.е. под водой. Испытания в Североморске: белая ракета, вылетающая из морской глади, оставляя сноп искр, рвется вверх... Красиво!

Потом были испытания крылатых ракет тактического применения с пуском с танковых установок... "Получил трудовик" - орден Трудового Красного Знамени.

Здесь же на заводе, он стал лауреатом Государственной премии СССР за расширение гарантированных сроков службы головных частей баллистических ракет с 10 до 15 лет, что дало большую экономию государственных средств.

Бесконечные служебные командировки: Москва, Мурманск, Казахстан, Сибирь, Урал, Дальний Восток, Кенигсберг...

На Пензенском приборостроительном заводе работал в последнее время первым заместителем главного конструктора. Целый отдел разрабатывал ТСО - технические средства охраны. Говорят, сказалась демографическая ситуация, когда солдат в армии стало не хватать и для охраны понадобились технические средства.

Объем производства ТСО настолько возрос, что потребовалось создание самостоятельной конструкторской организации. Потому сначала было создано СКТБ, а затем и целый научно-исследовательский  конструкторский институт радиоэлектронной техники НИКИРЭТ. Его и возглавил Лев Николаевич Дмитриевский.

НИКИРЭТ

Почти пятнадцать лет руководил им Лев Николаевич. Благодаря его незаурядным организаторским способностям и деловым качествам, институт с сотней специалистов и без единого метра производственных площадей к 1992 году превратился в мощный научно-технический комплекс с численностью 2300 человек. По его инициативе заложен уникальный полигон площадью 25 га, где в естественных условиях испытывается охранная сигнализация. Была оборудована четвертая в России безэховая камера, которая позволяет проводить испытания, не опасаясь отраженных сигналов.

Работал и работает НИКИРЭТ по заказу спецслужб, а потому описывать изделия, над которыми трудился возглавляемый Л.Н. Дмитриевским институт, не будем. Скажем лишь, что за внедрение на границе охранной системы "Гоби" он был награжден орденом Октябрьской революции и медалью "За охрану государственной границы".

Из жизни "шлака"

Сейчас ему 71 год. Он работает инженером по технике безопасности в ЖСКХ.

- Не престижно это для бывшего директора НИИ, - говорят ему иногда.

- Любая работа, если она приносит пользу, в сотни раз лучше бития баклуш, - отвечает он.
 

- Вы оптимист? - спросила я.

- Неистребимый оптимист! - воскликнул он.

- А почему?

- Да какая-то пружина внутри...